«Мне дали нейтральный статус, но пришлось завершить карьеру». Диана Чугунихина — о большом спорте, сложном решении и новой жизни
В начале года призер чемпионата России по художественной гимнастике Диана Чугунихина объявила о завершении карьеры. Во время международного отстранения российской команды она считалась одной из самых заметных и перспективных гимнасток: выходила с очень сложными программами, выдерживала конкуренцию с гораздо более опытными соперницами и стабильно шла в числе лидеров. Год назад Диана одной из первых получила нейтральный статус, который открывал двери на международные старты, но так и не вышла на помост за пределами страны.
Сейчас она впервые подробно рассказывает, почему так произошло, как формировалась как спортсменка, через какие психологические испытания прошла и чем занимается после ухода из большого спорта.
«Я не хотела быть похожей на сестру — поэтому выбрала гимнастику»
— У меня есть старшая сестра, она занималась танцами. Мама поставила передо мной выбор: или танцы, или гимнастика. Естественно, в детстве я не хотела быть «второй версией» старшей сестры, хотела свой путь, и поэтому выбрала гимнастику.
Заниматься начала в самом обычном зале в Ростове. Для детей там были хорошие условия: тепло, удобно, уютная атмосфера. Но для профессиональной подготовки, если смотреть сейчас, зал был, конечно, далеким от идеала: низкие потолки, отсутствовал помост. Тем не менее базу мы заложили именно там.
Сейчас, когда я приезжаю в Ростов, вижу, насколько изменился город с точки зрения инфраструктуры для художественной гимнастики. Открылись новые специализированные залы, появилось училище олимпийского резерва с современным помостом и всем необходимым оборудованием. Мне правда кажется, что у девочек, которые только начинают, сейчас намного больше шансов вырасти в спортсменок высокого уровня, чем было у нас.
«Я плакала у входа в зал, но со временем это прошло»
— Первые тренировки вспоминаю честно: мне совсем не хотелось туда ходить. Меня обычно водила бабушка, и каждый раз перед входом в зал я начинала плакать, уговаривала ее развернуться и уйти домой, говорила, что больше не приду.
Но постепенно все изменилось. Через какое-то время я почувствовала, что могу терпеть, что мне становится интересно, что уже есть маленькие цели — выучить новое движение, сделать элемент лучше, чем вчера. Сначала это была просто привычка ходить в зал, а потом переросло в осознанное желание тренироваться.
— Эти слезы были из‑за боли, нагрузок или просто страха?
— Думаю, главным было понимание, что нас будут тянуть. Растяжка, шпагаты, мосты — все это больно. Ты идешь в зал и заранее знаешь, что будет тяжело физически, и подсознательно начинаешь сопротивляться. Я точно знала: сейчас начнется тренировка, а потом — растяжка, и именно это останавливало. Но со временем привыкаешь, начинаешь воспринимать боль как часть процесса.
«На первых крупных соревнованиях я увидела сборную — и все стало по-другому»
— Первые серьезные старты, которые сильно запомнились, были отборочные по Ростовской области. С них я прошла на первенство Южного федерального округа. Там выступала, например, Нонна Нянина в личной программе, уже тогда у нее была такая «взрослая» гимнастика, стабильная тройка лидеров.
Я попала в финал, и помню, как одна девочка сильно сорвала упражнение. В итоге я стала второй и впервые в жизни отобралась на первенство России. Именно там я впервые увидела Лалу Крамаренко, других топовых гимнасток, весь основной состав сборной. Это был очень сильный эмоциональный момент: ты вдруг понимаешь, что смотришь не на экран, а на живых людей, к уровню которых хочешь приблизиться.
После этого появились настоящие амбиции. До того момента гимнастика была чем‑то вроде серьезного хобби, но после первенства России стало понятно, что это может стать делом жизни.
«Сначала я не попала в сборную — и это сильно ударило»
— В 2021 году проходили соревнования «Надежды России». Тогда в юниорскую сборную должны были отобрать 12 человек. Я заняла 13-е место. Это было ужасно обидно: одно место, буквально один шаг — и ты за бортом.
Я сильно переживала, казалось, что все усилия пошли насмарку. Мы уехали домой, и я уже начала в голове выстраивать другие планы, как жить дальше, когда нет сборной.
Но через некоторое время пришло письмо: нас снова вызывают на контрольную тренировку к Ирине Александровне Винер в «Лужники». На тот момент это было неожиданностью: я не знала, есть ли еще шанс. Мы приехали, я выступила четыре вида довольно ровно, без крупных срывов.
Потом нас выстроили в шеренгу, Ирина Александровна начала по фамилиям называть тех, кто ей понравился. В итоге она отобрала примерно шесть-десять человек. В конце 2021 года нас уже пригласили в Новогорск — так я и попала в сборную.
«Выиграть золото сразу после попадания в сборную — это было нереально»
На первенстве России 2022 года мне удалось выиграть упражнение с лентой и взять бронзу в упражнениях с булавами. Для меня это было потрясением.
Ты только приходишь в национальную команду, еще толком не веришь, что стал частью этого коллектива, и вдруг — золото первенства страны, причем первое в карьере. До этого у меня не было таких крупных побед.
Эта победа стала важной точкой: она дала уверенность, что я действительно могу бороться за медали на самом высоком уровне, а не просто выходить на ковер «для опыта».
«В Новогорске сначала было страшно — как будто попала в другой мир»
— Первые дни в Новогорске я хорошо помню. Было одновременно и страшно, и радостно. Страшно — потому что не до конца верилось, что я действительно здесь, среди лучших. Все вокруг казалось каким‑то другим: график, дисциплина, требования.
С другой стороны, было огромное чувство радости и благодарности. Я понимала, что наш с моими первыми тренерами — Анжелой Геннадьевной Пискаревой и Александрой Сергеевой Ванжа — многолетний труд не был напрасным. Мы вместе прошли путь от низких потолков в обычном зале до центра подготовки сборной.
Страх довольно быстро ушел: ты втягиваешься, начинаешь жить по общим правилам, и остается в основном удивление и мотивация.
«Тренироваться рядом с Диной и Аришей было честью»
Мы занимались на соседних коврах с Диной и Аришей Авериными. Часто бывало так: наша тренировка официально закончена, но если они продолжали работать, я оставалась и смотрела.
Для меня это была большая честь — видеть их работу вживую каждый день, наблюдать, как они собираются перед выходом, как они реагируют на ошибки, как отрабатывают один элемент по многу раз. Это не просто красивая картинка, это колоссальный труд, который, возможно, не до конца видно по телевизору.
Я старалась брать у них максимум — и в отношении техники, и в отношении отношения к делу. До сих пор благодарна всем, кто тогда был рядом: тренерам, девочкам, медицинскому штабу. Этот опыт очень сильно меня сформировал.
«В сборной принято помогать друг другу — конкуренция не отменяет поддержки»
— Насчет того, помогают ли гимнастки друг другу в Новогорске. Конечно, конкуренция есть, и она довольно жесткая: все понимают, что мест в составе ограниченное количество. Но это не отменяет человеческих отношений.
Если тренируемся на одном ковре, и кто‑то что‑то замечает — неправильно вытянутую ногу, неудачное исполнение броска — вполне могут подойти и подсказать. Особенно это касается девочек постарше по отношению к младшим: бывает, что они просто одним словом или жестом помогают собраться.
Ты можешь подойти и спросить совета — по элементу, по накрутке предмета, по тому, как успокоиться перед выходом. Да, не все становятся близкими подругами, но профессиональная взаимопомощь в зале есть. Мы все в итоге делаем одно дело и представляем одну страну.
Нейтральный статус: шанс, который так и не стал реальностью
Год назад я одной из первых получила нейтральный статус. Формально это означало, что при определенных условиях я могу выступать на международных соревнованиях под нейтральным флагом, без национальной символики.
Сначала я восприняла это как окно возможностей. Казалось: вот он, реальный шанс выйти на мировой уровень, несмотря на ситуацию с отстранением. Я продолжала работать, усердно готовилась, усложняла программы, рассчитывая, что рано или поздно этот шанс материализуется.
Но по факту никаких стартов так и не случилось. По разным причинам — организационным, политическим, спортивным — эта возможность осталась только «на бумаге». Ты живешь в состоянии постоянной готовности, но ковер так и не видишь.
В какой‑то момент стало ясно: можно еще годами находиться в подвешенном состоянии, ждать, пока что‑то изменится, и при этом терять лучшие годы спортивной жизни. От этого стало особенно тяжело.
Почему пришлось завершить карьеру, несмотря на статус
Решение завершить карьеру не было спонтанным. Это не произошло за один день. Я долго пыталась держаться, верила, что ситуация вокруг спорта изменится, что мы снова увидим крупные старты, международную конкуренцию, полные трибуны.
Но реальность была другой. Мы продолжали тренироваться в режиме почти боевой готовности, не имея четкой цели на горизонте. Для гимнастки это особенно тяжело: наш вид спорта очень ранний. Каждая потерянная сезонная форма — это шаг назад.
Плюс накладывались физические моменты: хроническая усталость, микротравмы, с которыми живешь годами. Когда нет конкретной даты старта, терпеть боль и ограничения становится значительно сложнее.
В итоге я честно задала себе вопрос: ради чего я сейчас выхожу в зал? Ради самого процесса или ради больших целей, которых объективно пока нет? Ответ оказался не самым приятным. Я поняла, что на каком‑то этапе продолжаю держаться не за мечту, а за привычку быть гимнасткой.
В такой точке очень легко перегореть окончательно и потерять любовь к самому виду спорта. Я не хотела этого. Поэтому, несмотря на наличие нейтрального статуса, я решила остановиться.
Психологическая цена большого спорта
Многие со стороны видят только медали, красивые купальники и зрелищные программы. Но за этим стоит огромная психологическая нагрузка.
Ты постоянно сравниваешь себя с другими, живешь в режиме оценок — судейских, тренерских, зрительских. Любая ошибка на ковре воспринимается как личный провал, даже если объективно программа сложнейшая.
Особенно тяжело, когда ты понимаешь, что физически и технически готова, но внешние обстоятельства не дают выступить. Это ощущение бессилия: ты делаешь все, что зависит от тебя, но решение — не на твоей стороне.
Мне очень помогли разговоры с тренерами и близкими. В какой‑то момент мы стали честно обсуждать не только физическое состояние, но и психологическое. Так и пришли к пониманию, что продолжать ради «просто быть в сборной» — не мой путь.
Что дальше: новая роль в гимнастике и жизнь после ковра
После окончания карьеры я не ушла из гимнастики полностью. Сейчас я постепенно пробую себя в роли тренера и наставника для младших девочек.
Мне интересно передавать им то, что я сама получила: понимание техники, умение выдерживать стресс, отношение к работе. Я хорошо помню, какой была в их возрасте — с теми же страхами, слезами и сомнениями. Это помогает лучше чувствовать детей и не требовать от них «взрослой» устойчивости сразу.
Параллельно я думаю о дальнейшем образовании, связанном со спортом: методика тренировочного процесса, физиология, психология. Тренер сегодня — это не только человек, который показывает элементы. Это еще и психолог, и менеджер, и наставник по жизни.
Я не исключаю, что когда‑нибудь попробую себя и в судействе, и в организации турниров. Опыт работы в сборной — это ресурс, который можно использовать в разных направлениях.
Что бы я сказала девочкам, которые только начинают путь
Во‑первых, не бояться своих слез и страхов в начале. Почти у всех так: не хочется идти на тренировку, страшно от боли на растяжке, тяжело привыкать к дисциплине. Это нормально. Главное — честно ответить себе: хочу ли я попробовать пройти этот путь дальше.
Во‑вторых, понимать, что спорт — это не только медали. Да, все мечтают о пьедестале, но даже если карьера складывается не так, как ты планировал, опыт, который ты получаешь, бесценен: умение работать, держать удар, справляться с неудачами, слушать тело.
И главное — вовремя слышать себя. Не идти по инерции только потому, что «так надо» или «так привыкли все вокруг». Иногда самое смелое решение — это не еще один подход в зале, а честный разговор с собой о том, чего ты действительно хочешь.
Как я сейчас отношусь к своему решению
Сейчас, оглядываясь назад, я не жалею, что завершила карьеру именно в этот момент. Да, у меня был нейтральный статус, были хорошие программы, была форма. Но не было ясного понимания, ради каких стартов я каждый день выхожу на ковер.
Я благодарна гимнастике за все: за детство в зале, за победы и поражения, за людей, которых встретила, за характер, который во мне сформировался.
И я не чувствую, что поставила точку. Скорее, это запятая: просто я перешла из роли спортсменки в другие роли внутри того же мира. Художественная гимнастика останется со мной навсегда — просто теперь мой «выход на ковер» будет выглядеть иначе.