«Биатлон легче, чем работать в пункте выдачи».
Ульяна Черепанова — о первой медали ЧР, зарплатах и жизни между стартами
—
Биатлонистка из Петрозаводска, ныне представляющая Санкт‑Петербург, Ульяна Черепанова громко заявила о себе в сезоне‑2025/26. На чемпионате России она впервые в карьере поднялась на пьедестал, завоевав бронзу в суперспринте. Для болельщиков это стало неожиданностью, но сама спортсменка объясняет, что к такому результату шла не один год.
«Первый сезон во взрослых был просто адаптацией»
— Ты уже несколько лет выступаешь среди взрослых, но по-настоящему выстрелила только сейчас. Что изменилось?
— На взрослый уровень я перешла три года назад. Первый сезон, по сути, был адаптационным: нужно было привыкнуть к другим скоростям, к плотности борьбы, к формату соревнований. Темп, динамика гонок, организация — всё сильно отличалось от юниорских стартов.
Второй год получился скомканным: мало стартов, много пропусков. То одно мешало, то другое — здоровье, подготовка, организационные моменты. Только к третьему сезону удалось провести полноценный тренировочный цикл: все запланированные сборы состоялись, работа была сделана как надо.
В регионе, конечно, хватает проблем: не всегда есть идеальные трассы, со стрельбищем тоже не всё просто. Но тренеры постоянно искали выходы, подстраивались, пробовали разные варианты. Плюс возраст подошёл такой, когда организм уже позволяет подводиться к максимальной форме. Всё это сложилось в один пазл — и результат на чемпионате России стал логичным итогом, а не случайностью.
«Эта медаль — то, о чем потом можно будет рассказывать детям»
— Что для тебя значит бронза чемпионата России в суперспринте?
— Для меня это очень весомый результат. Теперь у меня есть медаль, которой я действительно горжусь. Когда‑нибудь, когда закончу карьеру, у меня будет что показать и о чем рассказать своим детям или внукам. Это не просто кусочек металла — это подтверждение того, что я не зря терпела, не зря продолжала тренироваться, когда было сложно.
— Как бы ты оценила прошедший сезон в целом?
— Если честно, хорошо у меня получилась только концовка сезона. В финальных стартах я заходила в топ‑10, и там же завоевала медаль. А до этого результаты были гораздо скромнее. То ход подводил, то стрельба не получалась, стабильности не хватало.
Мне хочется выступать ровно весь сезон, а не только эпизодами. Чтобы претендовать на призы на каждом старте, надо иметь совсем другой запас сил и устойчивую голову. Сейчас этого еще нет: не могу на протяжении всей зимы держать высокий уровень. Понимаю, что есть над чем работать — и это, в общем, тоже мотивирует.
Вызов в сборную: «Не сюрприз, но всё равно приятно»
— По итогам сезона ты попала во вторую сборную России. Как отреагировала, когда узнала?
— Сказать, что это было шоком, не могу: тренеры заранее говорили, что ведут переговоры со штабом сборной. Я понимала, что если концовка сезона сложится удачно, шансы есть. Но когда всё уже официально подтвердилось, всё равно было приятно.
Для меня это возможность увидеть другой уровень организации тренировок, другой подход к деталям. Интересно, как всё устроено в сборной: подготовка, восстановление, работа со специалистами. Это новый опыт, и я хочу его максимально использовать.
— Главный тренер сборной Санкт‑Петербурга Александр Касперович сказал, что в будущем ты можешь стать «хорошей биатлонисткой». Как воспринимаешь такие слова?
— «Хорошая биатлонистка» — для меня понятие субъективное. Я считаю себя хорошей не потому, что где‑то заняла третье место, а потому, как отношусь к делу: как тренируюсь, как выполняю задания, как борюсь на дистанции. Результат — это уже следствие.
При этом я согласна, что мне есть куда расти. Я не ощущаю, что достигла предела. Хочется стать сильнее и по ходу, и по стрельбе, и в психологическом плане.
О Губерниеве и «фундаменте биатлона»
— Дмитрий Губерниев тоже тебя отмечал. Считает, что ты и ещё несколько ребят — будущий фундамент российского биатлона.
— Я не склонна относиться к таким заявлениям слишком серьезно. Сегодня один — «фундамент», завтра — уже другой. Это красивые формулировки, хорошие слова, но опираться на них в работе нельзя. Не хотелось бы зависеть от чужих оценок: важно, что ты сам чувствуешь и что делаешь каждый день.
Максимум в карьере: мечты против целеполагания
— Ты редко говоришь про медали Олимпиады или чемпионата мира как про сверхцель. Что для тебя «потолок» в спорте?
— Мне бы очень хотелось попасть на международные старты, почувствовать уровень этих гонок. Конечно, было бы здорово однажды поехать на Олимпиаду и побороться за медали. Но пока это больше из категории мечты, чем чётко сформулированные цели.
Я немного боюсь ставить слишком масштабные задачи, чтобы потом не сгореть от разочарования, если что‑то не получится. Для меня важно другое: понимать, что я выжала из себя максимум в тех условиях, которые есть. А если этот максимум выведет на международные старты и большие турниры — тем лучше.
—
Как всё начиналось: «Я даже не знала, что такое биатлон»
— С чего начался твой путь в спорт?
— Родители в детстве ставили меня на самые обычные лыжи — такие, которые надеваются на повседневные ботинки. По выходным мы всей семьей ходили на прогулки: в лес, по парку. Мне нравилось движение, снег, ощущение, что ты катишься.
Когда пошла в школу, просто записалась в секцию, которая называлась «Биатлон». Я даже не представляла, что это за вид спорта. Тогда мне было просто интересно попробовать всё подряд: куда набирают детей, туда я и шла. В секции было много ребят, мы постоянно играли в подвижные игры, бегали, соревновались — это было весело, и я втянулась.
Потом мы начали стрелять из пневматической винтовки. Появился азарт: не просто бегать, а ещё и попадать в мишени. Со временем первый тренер ушёл, и меня взяла под опеку другая специалистка — она вела физкультуру в школе и параллельно занималась лыжной секцией. У нас собралась дружная девчачья группа, и спорт стал частью жизни.
От школьной секции до «Кургана» и переезда в Петербург
Со временем нас перевели на более серьезный уровень — в Петрозаводске, на спортивную базу «Курган». Там были уже настоящие тренировки, первый опыт сборов, системный подход. До окончания школы я, по сути, жила этим режимом: учёба — тренировка — дом.
Когда настало время поступать в университет, тренер помогла мне попасть в спортивную школу в Санкт‑Петербурге. Так я оказалась в другом городе, в другой системе. Сначала попала к Виктору Владимировичу Юрлову, позже какое‑то время работала с Эдуардом Михайловичем Воробьёвым. Последние же два года провела под руководством другого специалиста, с которым удалось выстроить уже более осознанную, взрослую подготовку.
Переезд дал многое: другие трассы, более высокий уровень конкуренции даже на тренировках. Когда ежедневно бегаешь рядом с сильными спортсменами, хочешь того или нет, начинаешь подтягиваться.
—
«Биатлон легче, чем работать в пункте выдачи»
— В заголовки часто попадает твоя фраза: «Биатлон легче, чем работать в пункте выдачи». В каком контексте она родилась?
— Я действительно подрабатывала в пункте выдачи заказов — нужно было как‑то зарабатывать, потому что зарплата спортсмена на региональном уровне, мягко говоря, не всегда позволяет расслабиться. Громко звучит — «профессиональный биатлонист», а по факту приходится думать, как закрывать бытовые расходы.
Работа в пункте выдачи оказалась очень тяжёлой морально. Поток людей, каждый со своим настроением, капризами, претензиями. Постоянная ответственность за товар, за документы, за время. И при этом ты весь день на ногах. Вроде бы физически это не спортивная тренировка, но к вечеру чувствуешь себя выжатым.
На фоне этого биатлон иногда кажется проще. В спорте у тебя есть понятная цель: пробежать быстро, отстрелять чисто. Ты управляешь своим состоянием, своими усилиями. Конечно, и здесь хватает стресса, но он другой — осмысленный, что ли. А в пункте выдачи иногда чувствуешь себя просто винтиком в механизме.
О деньгах и реальности регионального биатлона
— Насколько остро для тебя стоит вопрос с зарплатой в биатлоне?
— Скажу честно: когда ты еще не в основной сборной и без громких побед, деньги — это постоянная головная боль. Стипендии, оклады, премиальные — всё это есть, но на старте карьеры суммы очень скромные. Если хочешь жить не в общежитии на пачке лапши, приходится искать подработку или очень экономить.
Плюс спорт сам по себе затратен: экипировка, подготовка лыж, восстановление, иногда дорога — всё это тоже деньги. Хорошо, когда регион, федерация, тренеры помогают, но полностью снять финансовый вопрос всё равно не получается.
Поэтому я и говорю, что для меня биатлон в каком‑то смысле проще: я хотя бы знаю, за что страдаю. Тяжёлая тренировка — это кирпичик в результат. А когда пашешь на подработке и понимаешь, что это просто чтобы оплатить аренду и продукты, ощущения другие.
Баланс между спортом и «обычной» жизнью
Жизнь спортсмена со стороны кажется простой: тренировки, старты, сборы. На деле нужно ещё умудряться быть человеком вне лыж и винтовки. Ульяна признаётся, что самый сложный период — межсезонье, когда нет гонок, а бытовые вопросы никуда не деваются.
Чтобы не выгореть, ей важно оставаться не только «биатлонисткой Черепановой», но и обычной девушкой: иногда встретиться с друзьями, сходить в кино, заняться чем‑то, не связанным со спортом. Но даже в такие моменты в голове всё равно крутится: режим, питание, предстоящие старты.
— Полноценный отпуск у нас — редкость. Даже когда тренер даёт пару недель отдыха, всё равно думаешь: надо подвигаться, не выпасть. Но я поняла, что без перезагрузки голова просто не выдерживает. Поэтому учусь относиться к себе чуть мягче, а не жить в постоянном режиме «надо и должна».
Психология стрельбы и цена концентрации
В суперспринте, где Черепанова взяла бронзу, решающим фактором стала именно стрельба: один промах может стоить подиума.
Ульяна признаётся, что раньше часто «перегорала» на рубеже: слишком зажималась, думала о результате, а не о самом выстреле. В последние годы она много работает именно над психологической частью: дыхательные практики, визуализация, разговоры со специалистами.
— Биатлон вообще очень честный вид спорта: если в голове хаос, это сразу видно по мишеням. Можно быть в шикарной форме по ходу, но если не справился с собой на огневом рубеже, всё — гонка потеряна. Поэтому сейчас я учусь относиться к стрельбе как к рутине. Не думать о том, что это «решающий рубеж», а просто выполнять известную последовательность действий.
Конкуренция в сборной и планы на будущее
Попадание во вторую сборную — это только начало пути. Там конкуренция не меньше, чем на чемпионате страны: все хотят подняться выше, в основной состав.
— Для меня цель на ближайшее время — закрепиться хотя бы на этом уровне. Хочу показать, что мой подиум — не случайность, а тенденция. Стабильные выступления на национальных стартах, прогресс в скорости, настрел — вот на чём сейчас фокус.
Если удастся добавить и по результатам, и по стабильности, тогда, возможно, появится смысл громко говорить про Кубок мира или Олимпиаду. Пока же я стараюсь не забегать слишком далеко: шаг за шагом, сезон за сезоном.
«Главное — не потерять удовольствие от того, что делаешь»
При всех сложностях — финансовых, организационных, психологических — Черепанова старается держаться за главное: ощущение, что спорт приносит радость.
— Да, биатлон — это тяжёлая работа. Но даже на самой сложной тренировке я понимаю, что делаю то, что люблю. И пусть иногда приходится подрабатывать в пункте выдачи или думать, как свести концы с концами, я всё равно выбираю лыжи и винтовку.
Я не знаю, приведёт ли меня этот путь к Олимпиаде. Но точно знаю: когда‑нибудь, рассказывая детям про эту бронзовую медаль чемпионата России, я смогу честно сказать, что прожила спортивную жизнь по‑настоящему, не прячась от трудностей. И для меня это не менее важно, чем любое золото.