«Тиражи книги о Валиевой будут исчисляться миллионами». Итальянский фигурист сравнил ее возвращение с Рождеством
25 декабря для Камилы Валиевой закончился самый тяжелый этап в карьере — завершилась многолетняя дисквалификация. За время вынужденной паузы она не только повзрослела, но и сменила тренерскую команду, открыто заявив: ее цель — снова выйти на вершину мирового фигурного катания.
Оказалось, за датой ее возвращения следили не только в России. Под постом Валиевой о конце бана появился эмоциональный комментарий на русском языке от одного из сильнейших фигуристов Италии — Кори Чирчелли. Его слова быстро разошлись по фанатским кругам: по иным ощущениям, в этот день радовались не меньше, чем на большой праздник.
Корреспондент поговорил с Кори о том, почему он так переживает за судьбу российской чемпионки, как узнал о допинг-скандале на Олимпиаде в Пекине и почему уверен, что о Валиевой когда‑нибудь напишут книгу с миллионными тиражами.
«Она уже вошла в историю. Для меня это лучшая одиночница всех времен»
— В твоих соцсетях видно, что окончание дисквалификации Валиевой ты воспринял очень эмоционально. Почему для тебя это событие настолько значимо?
— По‑моему, это даже не требует долгих объяснений. Для меня Камила была и остается величайшей фигуристкой в истории женского одиночного катания. Я помню ее еще по юниорским турнирам: тогда о ней говорили буквально повсюду, в разных странах. Мне рассказывали о невероятной девочке, которая делает на льду вещи, недоступные другим. С тех пор я постоянно следил за ее прокатами и развитием.
— Ее выступления оправдали то впечатление, которое у тебя сформировалось в юниорах?
— На сто процентов. Иногда казалось, что смотришь не реального человека, а какой‑то нереальный образ. Настолько все было близко к совершенству, что даже возникало ощущение, будто это монтаж. Для меня Камила — настоящий ангел фигурного катания. И до сих пор внутри есть злость и боль из‑за того, как для нее сложилась Олимпиада в Пекине.
«Мир как будто замер, а девочку превратили в злодея»
— Помнишь момент, когда узнал о допинговой истории на Олимпиаде?
— Очень хорошо. Тогда я жил в Северной Америке. Мы с другом сидели в кофейне, и вдруг телефоны буквально взорвались уведомлениями. На всех телеканалах, в новостных программах, в аналитических шоу — все резко переключились на Камилу. Было ощущение, будто время остановилось: одна 15‑летняя фигуристка стала центральной темой всего спортивного мира. И одновременно ее начали выставлять главным злодеем.
— Какие эмоции у тебя вызвала эта кампания вокруг нее?
— Это было ужасно. Я не мог понять, как можно обращаться таким образом с подростком. Речь идет о ребенке, который оказался в центре давления, с которым не справился бы и взрослый человек. Но при этом меня сильно впечатлило, как вела себя сама Камила. Она не позволила себе ни одного грубого слова в адрес людей, которые писали о ней самые жестокие и несправедливые вещи. Такое достоинство в столь юном возрасте — редкость.
«Я сомневался, что она вернется. Но она реально идет обратно на вершину»
— Верил ли ты тогда, что после всего пережитого она еще вернется в спорт?
— Честно, сомнения были огромные. Мы уже видели немало примеров, когда великие российские спортсмены говорили о желании вернуться, но в итоге так и не восстанавливали прежний уровень. Психологически это невероятно сложно. Однако Камила, судя по тому, что мы видим сейчас, действительно намерена снова бороться за высшие места. Это история, которая по‑настоящему вдохновляет. Я искренне надеюсь, что однажды о ее пути снимут фильм или напишут книгу. Уверен: тиражи такой книги будут измеряться миллионами.
Воспоминание о встрече
— Сколько раз вам доводилось пересекаться лично?
— Лишь однажды. Мы встретились в Куршевеле: мне тогда было 16, ей — 13. Не знаю, осталась ли у нее в памяти эта встреча, но для меня это момент, который я никогда не забуду. У меня до сих пор хранится фотография с того дня.
— Продолжили общение после этого?
— Я периодически писал ей, но, скорее, как фанат, чем как близкий знакомый. Последний раз это случилось несколько месяцев назад. Я выложил в сеть видео своего прыжка и отметил ее, потому что учился четверным, ориентируясь на ее технику. Для меня она — эталон в этом смысле.
«Ее лайк в день Рождества сделал праздник особенным»
— Недавно Камила опубликовала пост о возвращении и отметила твой комментарий. Что ты почувствовал, увидев ее реакцию?
— Даже немного неловко отвечать, ха-ха. Конечно, это было очень приятно — осознавать, что она увидела мои слова и отреагировала. Я надеялся, что ее поддержат многие фигуристы со всего мира, но в католическое Рождество у всех свои семьи, традиции, дела. Тем не менее для меня лично этот лайк стал очень теплым подарком.
— Как отреагировали твои друзья в фигурном катании на новость о завершении ее дисквалификации?
— Мы с моим близким другом Николаем Мемолой обсуждали это несколько месяцев подряд. И когда наступило 25 декабря, мы шутили, что у нас двойное Рождество. Для нас возвращение Камилы по значимости действительно сравнимо с большим праздником.
— А что думают о Валиевой в Италии в целом?
— Здесь все находятся в ожидании. В последние годы женское одиночное катание на международной арене развивается медленнее, чем раньше: меньше риска, меньше технических прорывов. Многие хотели бы снова увидеть Камилу на крупных стартах. Людей поражает, что прошло уже четыре года. Кажется, будто все случилось вчера, а время промчалось мгновенно.
«Она по‑прежнему сильнее большинства даже с тройными»
— На твой взгляд, способна ли Валиева снова стать мировой суперзвездой?
— Я в этом абсолютно уверен. Сейчас, с повышением возрастного ценза, эпоха, когда юные фигуристки вроде Трусовой, Щербаковой и Валиевой исполняли каскады из нескольких четверных, уходит в юниорский сегмент. Во взрослых соревнованиях лидеры делают минимум четверных прыжков. По шоу и показательным выступлениям видно, что у Камилы все в порядке с тройными — они по‑прежнему лучше, чем у большинства конкуренток в мире.
— Думаешь, она вернет четверные?
— Возможно, если сама этого захочет, мы снова увидим у нее четверной тулуп. Насчет акселя и сальхова я не столь уверен: нужно понимать, как изменилось ее тело, как оно реагирует на максимальные нагрузки во взрослом возрасте. Но даже с набором из тройных прыжков Камила способна уверенно выигрывать. Вспомните, Алиса Лю побеждала на крупнейших турнирах, исполняя программы без «сумасшедшего» количества квадов. Поэтому я еще раз хочу пожелать Камиле терпения и удачи на этом пути.
«В раздевалке включали чемпионат России — смотрели всех подряд»
— Ты действительно так внимательно следишь за российским фигурным катанием?
— Да, я стараюсь быть в курсе всего, что происходит. Недавно прошел чемпионат России — он совпал по датам с чемпионатом Италии. Представьте: мы уже откатали свои программы, сидим в раздевалке вместе с Даниэлем Грасслем, Маттео Риццо и другими ребятами и включаем трансляцию российских прокатов. Нас это по‑настоящему захватывает: у вас невероятная конкуренция и особая атмосфера борьбы.
— Чем российская школа отличается от европейской, если смотреть изнутри?
— В России фигурное катание воспринимается не просто как спорт, а как часть культурного кода. Там иная глубина подготовки, другое отношение к деталям: работа над вращениями, дорожками, связками, хореографией. Плюс сумасшедшая конкуренция внутри страны постоянно заставляет всех расти. В Европе иногда не хватает именно такого давления, которое толкает вперед.
Евгений Плющенко, влияние кумиров и Олимпиада в Милане
Кори признается, что его взгляд на фигурное катание во многом сформировался под влиянием российских звезд прошлых лет. Евгений Плющенко — один из тех, кого он выделяет отдельно: за умение побеждать под колоссальным давлением и сочетать технику с яркой подачей. На вопрос, кого из фигуристов он пересматривает чаще всего, он называет и Плющенко, и недавние программы российских одиночниц.
Особая тема — Олимпиада в Милане‑Кортине в 2026 году. Для итальянских фигуристов это шанс выступить дома, но для Кори важен и другой аспект: он не скрывает, что мечтает увидеть на тех Играх российских спортсменов, в том числе и Камилу, если к тому моменту международная ситуация изменится. По его словам, именно такие фигуристы и фигуристки делают олимпийские турниры по‑настоящему легендарными.
Что изменилось в женском катании за четыре года бана Валиевой
За то время, пока Валиева была отстранена, женское одиночное катание заметно трансформировалось. Стало больше внимания к компонентам, интерпретации музыки, артистизму. Многие федерации сделали ставку на стабильность, а не на предельный технический риск.
Однако именно поэтому возвращение Камилы вызывает такой интерес: она уже доказала, что способна совмещать высочайшую сложность с выразительностью и пластикой. Если ей удастся адаптировать свой стиль к новым реалиям — меньше квадов, больше акцента на осознанном катании взрослой спортсменки, — она может вновь задать планку, к которой будут тянуться остальные.
Психологический тест на зрелость
С точки зрения психологии путь, который прошла Валиева, часто называют испытанием на зрелость. Публичный разбор ее дела, постоянное давление, вынужденное отсутствие стартов — все это могло окончательно сломать спортсменку. Но вместо этого мы видим человека, который не отказывается от мечты, продолжает тренироваться и выходит на лед с тем же мягким, но уже более взрослым взглядом.
Для молодых фигуристов по всему миру эта история становится уроком: даже если ты оказываешься в центре скандала не по своей воле, важно оставаться собой и не позволить обстоятельствам стереть твою любовь к спорту.
Почему о Валиевой действительно могут написать книгу с миллионным тиражом
Когда Кори говорит о будущей книге о Валиевой и уверенно упоминает «миллионные тиражи», это звучит не как комплимент фаната, а как трезвая оценка ее пути. В истории фигурного катания уже были сильные, даже драматичные биографии, но редко в центре сюжета оказывалась героиня, которая в таком юном возрасте пережила и оглушительный успех, и тотальную травлю, и многолетнюю изоляцию от международных стартов.
Комбинация уникального таланта, олимпийской драмы и возможного великого возвращения делает ее историю почти литературной. Если Камила действительно сумеет вернуться на вершину, ее путь станет одним из самых сильных нарративов в современном спорте — и неудивительно, что фигуристы из разных стран уже сейчас говорят об этом как о будущей легенде.
Что ждет Камилу дальше
Впереди у Валиевой — сложный, но потенциально триумфальный этап. Ей предстоит заново выстроить статус в мире элитного спорта, доказать себе и окружающим, что она способна побеждать уже в новом взрослом теле, в иных правилах и в иной конкурентной среде.
Но если судить по тому, как о ней говорят коллеги, в том числе из других стран, и по тому, как пристально за каждым ее шагом следят болельщики, одно очевидно: равнодушных к ее судьбе практически не осталось. А для фигурного катания в целом ее возвращение — шанс напомнить миру, что этот вид спорта может рождать не только рекорды, но и истории, которые переживают свое время.