У России — новая чемпионка мира в необычном виде спорта. 20‑летняя Ксения Устинова выиграла золото в спортивном пилоне на первенстве планеты в Будапеште, набрав 155,033 балла. На пьедестале рядом с ней стояли украинские спортсменки — Эвелина Борзенко (153,533) и София Голобородько (153,300). Именно их жест с флагами сделал церемонию одной из самых обсуждаемых во всем турнире — и, по словам самой Ксении, во многом заслонил ее собственный триумф.
Мы подробно поговорили с новой чемпионкой мира о том, как она вообще попала на чемпионат, что сегодня представляет собой спортивный пилон, как она пережила политически напряженную церемонию награждения и почему ей пришлось обращаться к спортивному психологу. В разговоре затронули и фигурное катание — в частности, перспективы российских одиночников на Олимпиаде.
—
«На спортивный пилон я ехала без ожиданий. Даже в финал себя не видела»
— С какой задачей ты летела в Будапешт? О золоте думала или просто хотела чисто выступить?
— В этом году у меня было два чемпионата мира: по артистическому и по спортивному пилону. Изначально именно на артистический пилон делали основную ставку. У меня очень продуманная постановка, сильная идея, хорошая хореография — мы действительно рассчитывали там на высокий результат.
Со спортивной программой все было иначе. На чемпионате России я стала только шестой и теоретически могла вообще не попасть в сборную. В категорию едут три человека от страны, и в итоге на мир я попала потому, что спортсменки, занявшие третье и четвертое места, отказались от поездки. Честно, я воспринимала это как подарок судьбы, возможность просто получить опыт.
В Будапеште был невероятно сильный состав — девушки из разных стран, многие с длительным международным стажем. В голове сидела мысль: «Главное — аккуратно откатать, а там как получится. Попаду в финал — уже супер». Про золото даже не мечтала.
— В итоге программу все-таки пришлось менять?
— Да, к чемпионату мира мы пересобрали спортивную программу, добавили более выигрышные связки, усилили элементы, поработали над композиционной логикой. Убрали то, что смотрелось слабее, и сделали акцент на чистоту и на те трюки, за которые судьи ставят максимально высокие коэффициенты. Эта доработка и дала нужный рывок.
—
«В момент, когда объявили первое место, я поняла: сбылась мечта»
— Помнишь свои эмоции, когда объявили результаты?
— Это был какой‑то нереальный момент. Я услышала свою фамилию на первом месте и в голове сразу щелкнуло: «Вот оно. Та самая мечта». Я с 2022 года пыталась попасть именно на чемпионат мира по спортивному пилону.
Но сначала нас не пустили из‑за политической ситуации: тогда на турнир не допустили и Россию, и Украину. В 2023 году мировое первенство было в Швеции — мы банально не смогли получить визу. И только в 2024‑м я реально вышла на площадку чемпионата мира, да еще и выиграла.
Так что, когда я стояла на подиуме и слышала свои баллы, перед глазами промелькнуло все: сборы, отказы, санкции, бесконечные тренировки. Это было не просто «крутое выступление», а итог нескольких очень сложных лет.
—
«Обидно, что все обсуждали фото с флагами, а не саму победу»
— Сцена награждения вызвала огромный резонанс: украинки стояли с флагами, а ты — без. Как ты сама это прожила?
— Я очень люблю свою страну. Мне действительно больно выступать без флага и гимна. Спорт — это, в первую очередь, про представление страны, и всегда хочется, чтобы было понятно, откуда выходят такие спортсмены.
После награждения вся шумная повестка в интернете была не о том, что россиянка стала чемпионкой мира, а о фотографиях, где две украинские спортсменки с желто‑голубыми флагами, а я стою посередине без символики. Меня это задело. Хотелось, чтобы люди замечали сам результат, труд, уровень выступления, а не только политический фон.
— Ты ощущала какое‑то давление в тот момент на пьедестале?
— Конечно, когда по бокам от тебя расправляют яркие флаги, а ты стоишь без своего, это создаёт неприятное внутреннее напряжение. Но одновременно я понимала: я — первая. Я сделала свою работу лучше всех, я выиграла честно. И вот это ощущение все перекрывало.
—
«Украинкам запретили даже смотреть в нашу сторону»
— Как складывалось общение с другими участницами турнира?
— С большинством спортсменок у нас очень дружеская атмосфера. Девочки из Италии, Венгрии, других стран — нормально подходят, обнимают, поздравляют, чему‑то радуются вместе. Мы спокойно обсуждаем тренировки, делимся опытом, разговариваем на английском.
А вот с украинской командой общаться нельзя — им это запрещено. Никаких рукопожатий, объятий, разговоров, даже взглядов. Это не инициатива конкретных девушек, это именно установка. Поэтому контакта просто нет.
При этом в бытовом плане никакого давления со стороны организаторов я не чувствовала. На площадке все были максимально профессиональны, конфликтов не провоцировали.
—
«Судейство было максимально чистым — нас, русских, вообще убрали из коллегии»
— После возвращения России к международным стартам многие опасались предвзятости. Ты почувствовала что‑то подобное в Венгрии?
— Нет. На этом чемпионате мира судей из России и Украины сознательно исключили из бригады, чтобы снять любые вопросы. Никто не мог «тянуть своих» или, наоборот, сознательно занижать.
По протоколу видно: судейство было ровным, без перекосов. Если кто‑то ошибался — это отражалось в оценках, если показывал чистое и сложное выступление — получал свои баллы. Мое золото — результат объективного подсчета, и это особенно важно на фоне всего, что происходит в мире.
—
«Я могла буквально трястись на старте. Без психолога бы не справилась»
— Ты несколько раз упомянула волнение. Насколько это для тебя серьезная проблема?
— Для меня настрой на старт — один из самых сложных моментов в карьере. Я могу выйти на площадку и из‑за нервов начать реально физически трястись. А в нашем виде спорта это катастрофа: пилон, сложные удержания, статика, силовые элементы. Любое дрожание мышц — и ты не удерживаешь позицию, срываешь элемент, страдает артистизм.
На внутренних стартах это уже переходило в мандраж, который мешал реализовать даже то, что я делала идеально на тренировках. Поэтому тренер и мама настоятельно сказали: «Надо идти к специалисту, по‑другому не справиться».
— К кому ты обратилась?
— Сначала пошла к обычному детскому психологу в Кемерове. Это дало какое‑то минимальное облегчение, но системно не сработало. Потом нам через знакомых порекомендовали спортивного психолога Анну Цой из Новосибирска. Она как раз специализируется на работе с профессиональными спортсменами.
Мы начали регулярные сессии, выработали конкретные техники: дыхание, управление вниманием, визуализация, работа с внутренним диалогом. Я перестала зацикливаться на результатах и стала больше концентрироваться на процессе. Научилась отсекать лишнюю информацию перед стартом: не слушаю баллы соперниц, не смотрю их выступления до своего. Уже после своего проката могу спокойно изучать протокол, анализировать чужие программы.
Сейчас мы уже не занимаемся регулярно, но тот фундамент, который она заложила, до сих пор работает.
—
«Тренер иногда меняет элементы в последний момент, но я этому доверяю»
— Бывают ли ситуации, когда твой тренер видит выступления соперниц и прямо по ходу турнира резко меняет тебе программу?
— Такое случается, но не радикально. Например, тренер смотрит, что уровень у девочек очень высокий, и понимает: чтобы побороться за медаль, нужно рискнуть — добавить сложный элемент, который мы держим в запасе. Или наоборот — если видит, что многие срываются, может сказать: «Снимаем самый рискованный трюк, делаем стабильнее, без авантюр».
Для спортсмена это, конечно, стресс, когда в день старта меняют связку или порядок элементов. Но у нас с тренером высокий уровень доверия. Если он говорит: «Так будет лучше», — я делаю. Обычно эти корректировки оказываются оправданными.
—
Что такое спортивный пилон и чем он отличается от «классического» представления о пилоне
Пилон до сих пор у многих ассоциируется с ночными клубами и шоу, но спортивный пилон к этому почти не имеет отношения. Это вид спорта, который сочетает в себе акробатику, гимнастику, силовую подготовку и хореографию.
Соревновательные программы строятся вокруг сложных элементов:
— статических удержаний на пилоне;
— переворотов и строп в воздухе;
— дропов и скольжений;
— гибкостных позиций и шпагатов на высоте.
Все это оценивается по строго прописанному регламенту: сложность, техника исполнения, композиция, артистизм, работа с музыкой. Есть две большие дисциплины:
— спортивный пилон — с упором на технику, сложность и «акробатическую» составляющую;
— артистический пилон — где важнее образ, история, хореография и общее впечатление.
Ксения выступает в обеих, но ее главная мечта была именно в спортивной дисциплине — стать чемпионкой мира среди сильнейших акробатов пилона.
—
Как строится подготовка чемпионки мира по пилонному спорту
Тренировочный процесс в пилоне мало чем уступает олимпийским видам по нагрузке. Обычно это:
— 5–6 тренировок в неделю по 3–4 часа;
— обязательная «сухая» физическая подготовка: ОФП, силовая работа со своим весом, растяжка;
— отработка элементов на пилоне до автоматизма;
— репетиции полной программы под музыку, чтобы выстроить дыхание и темп.
На высоком уровне важна не только акробатика, но и пластика. Поэтому многие пилонисты дополнительно занимаются современным танцем, классикой, иногда берут уроки актерского мастерства, чтобы качественно передавать эмоции в артистических номерах.
Чем выше уровень, тем больше времени уходит не на изучение новых трюков, а на шлифовку деталей: угол носка, линия тела, синхронность с музыкой, мимика. Именно эти нюансы отличают просто сильного спортсмена от чемпиона мира.
—
Почему пилон до сих пор не в олимпийской программе, и есть ли у него такой шанс
Обсуждение включения пилонного спорта в программу Олимпийских игр ведется уже несколько лет. У дисциплины есть все формальные признаки: четкие правила, судейская система, развитая международная федерация, широкая география участников.
Однако существует несколько факторов, которые мешают продвижению:
— стереотипы: многим по‑прежнему сложно отделить спортивный пилон от шоу‑формата;
— недостаточная узнаваемость у массовой аудитории по сравнению с гимнастикой или фигурным катанием;
— необходимость времени, чтобы вид устоялся и показал стабильную систему развития.
Тем не менее, по уровню сложности, зрелищности и требуемой физической подготовке пилон ничуть не уступает олимпийским видам. Многие тренеры уже открыто говорят, что в перспективе 10–15 лет у пилона есть реальные шансы стать частью крупной мультиспортивной программы.
—
Пилон и фигурное катание: что общего и почему их все чаще сравнивают
— Спортивный пилон иногда называют «акробатикой на шесте», а фигурное катание — «балетом на льду». Ты сама смотришь фигурку?
— Да, я люблю фигурное катание, особенно одиночников. Это очень близко по структуре: есть техника — прыжки, вращения, поддержки в танцах, и есть компоненты — скольжение, шаги, хореография, артистизм. В пилоне примерно то же самое: есть сложные элементы и есть общий образ, пластика, умение «продать» номер.
— Многие обсуждают, как будут выступать наши фигуристы на ближайшей Олимпиаде, если их допустят. Например, Петросян, Гуменник… У тебя есть любимые?
— Я слежу за выступлениями, но не берусь делать прогнозы как эксперт. Просто смотрю с позиции спортсмена: понимаю, насколько им тяжело в сложившейся ситуации, как много давления, ожиданий и ограничений они выдерживают. Но по уровню катания видно: российская школа по‑прежнему очень сильная.
Ментально у нас похожие задачи: выйти, выключить лишний шум, сделать свое дело на максимум и оставить все разговоры за бортиком — или, в моем случае, за площадкой.
—
Как общество воспринимает пилон и с какими стереотипами приходится бороться
У чемпионки мира до сих пор часто спрашивают: «Ты серьезно, это прям спорт?». Для людей, которые никогда не видели живых соревнований, пилон нередко кажется чем‑то из развлекательной индустрии.
Но реальность другая:
— в большинстве залов работают сертификатированные тренеры;
— на международных стартах действуют строгие требования к форме, музыке, постановке, допустимым элементам;
— у спортсменов есть медицинские допуски, иногда — команды врачей, физиотерапевтов, массажистов.
Основная борьба сейчас идет именно за изменение общественного восприятия. Чем больше люди видят реальные соревновательные программы, тем быстрее меняется взгляд. Многие, посмотрев хотя бы один чемпионат, признаются, что по уровню нагрузки пилон легко можно ставить рядом с гимнастикой или акробатикой.
—
Планирует ли Ксения уходить в шоу или останется в спорте
Пилон часто дает спортсменам альтернативу: после соревновательной карьеры можно идти в шоу‑бизнес, постановку номеров, работу тренером.
Для Ксении сейчас приоритет — продолжать спортивный путь. Звание чемпионки мира не снимает, а только повышает планку: нужно подтверждать статус, усложнять программы, выходить на новые уровни сложности.
Параллельно она уже получает тренерский опыт: ведет младших, помогает ставить первые спортивные комбинации, объясняет базовую технику. Это не только способ поделиться опытом, но и возможность еще лучше понять свой собственный спорт изнутри — а значит, расти дальше как спортсменке.
—
Победа Ксении Устиновой в Будапеште стала не просто редким для России успехом в новом виде спорта. Это история о том, как человек несколько лет настойчиво стучится в закрытые двери, преодолевает санкции, визовые барьеры, психологические проблемы и в итоге выходит на мировой старт — чтобы доказать, что его труд стоит золотой медали. И сделать это в момент, когда вокруг больше говорят о флагах и политике, чем о чистоте и красоте выполненной программы.