Три олимпийских золота и несбывшаяся мечта: чего не хватило Ирине Родниной в фигурном катании
Ирина Роднина завершила карьеру с достижениями, которые стали ориентиром для поколений фигуристов. Она трижды выиграла Олимпийские игры, десять раз становилась чемпионкой мира и одиннадцать - Европы. На льду спортсменка выступала с двумя партнерами: сначала с Алексеем Улановым, затем с Александром Зайцевым. Ее подготовкой в разные годы руководили Станислав Жук и Татьяна Тарасова.
Казалось бы, такая коллекция титулов не оставляет места для сожалений. Однако в книге "Слеза чемпионки" Роднина признавалась: спортивный итог ее полностью удовлетворял, а вот творческая сторона фигурного катания - не до конца. Одной из самых личных неосуществленных мечт для нее стала программа под музыку Сергея Рахманинова.
По словам фигуристки, в ее репертуаре так и не появилось полноценной программы под классическую музыку. Считалось, что подобный стиль ей не подходит. Роднина вспоминала, что Тарасова опасалась менять привычное направление работы, а Жук, по ее оценке, не располагал возможностью воплотить такую постановку. В результате замысел остался мечтой.
Сама спортсменка разделяла спортивный результат и художественное впечатление от выступлений. На соревнованиях ее пары было трудно превзойти, но программы создавались прежде всего для достижения побед. Роднина считала, что с точки зрения постановки они не всегда становились произведениями искусства.
Исключением в ее воспоминаниях была "Калинка" - одна из немногих работ, которые она воспринимала как по-настоящему индивидуальные. Фигуристка отмечала, что постановок, специально созданных с учетом ее характера, было немного. При этом короткие программы она особенно любила: в них, по ее мнению, чаще проявлялась особая выразительность.
Среди номеров, оставшихся в памяти Родниной, - "Неуловимые мстители", "Время, вперед!" и цыганский танец из "Дон Кихота". Эти программы отличались музыкальным настроением и запоминающимися образами. Но даже любимые выступления не заменили той классической постановки, о которой спортсменка думала.
В этом признании нет отказа от собственных побед. Роднина подчеркивала, что выиграла все главные соревнования, в которых могла участвовать, и уходила из спорта удовлетворенной итогом карьеры. Ее сожаление относилось к другому: она хотела не только безупречно исполнять сложный спортивный материал, но и глубже раскрыться в художественном плане.
Такое различие важно для понимания фигурного катания. Программа должна одновременно отвечать требованиям спорта и создавать цельный образ: музыка, движения, темп и характер катания должны работать вместе. Для парного катания задача особенно сложна - постановка обязана учитывать возможности обоих партнеров и не мешать технике. Поэтому художественный замысел нередко приходилось подчинять задаче победить.
Спортивная карьера Родниной завершилась на Олимпиаде 1980 года в Лейк-Плэсиде. После этого она занялась тренерской работой: сначала в СССР, а позднее в США. В 1995 году ее ученики, чешская пара Радка Коваржикова и Рене Новотны, выиграли чемпионат мира. Тогда они опередили российских фигуристов Евгению Шишкову и Вадима Наумова.
После нескольких лет работы в Америке Роднина вернулась в Россию и занялась общественной и политической деятельностью, став депутатом Государственной думы. Но в воспоминаниях о катке рядом с многочисленными титулами осталась и невоплощенная мечта - программа на музыку Рахманинова.
История Родниной показывает, что даже выдающаяся карьера может быть связана не только с победами, но и с несостоявшимися творческими планами. Ее спортивное наследие от этого не становится меньше. Напротив, признание о нехватке художественной свободы помогает увидеть за чемпионскими результатами живого человека, которому хотелось не просто выигрывать, но и выразить себя на льду иначе.